?

Log in

No account? Create an account

nord_ursus


Записки северного медведя

Cogito ergo sum


Previous Entry Share Next Entry
Железнодорожное Поморье. По рельсам из Архангельска в Беломорск
nord_ursus
Если Архангельск — это столица Поморья, а большей частью этот край составляют леса и многочисленные сёла у Белого моря, то существует у него и железнодорожный облик. Две северных магистрали — Архангельская и Мурманская, соединены между собой 350-километровой веткой Обозерская - Беломорск, идущей вдоль морского побережья, местами всего в паре километров от него. Путь по железной дороге от поморской столицы до маленького карельского городка в дельте реки Выг я проехал с пересадками на пригородных поездах в течение дня — с восьми утра до двух часов ночи. Итак, вперёд, по железнодорожному Поморью!



Для начала взглянем на карту, по которой можно проследить мой маршрут. Общая его протяжённость — 486 километров, из которых 134 от Архангельска до Обозерской и 352 от Обозерской до Беломорска. Это расстояние я проехал волной согласованных пригородных поездов, сделав при этом четыре пересадки — Обозерская, пост 243 километр (начало ветки на город Онега), Малошуйка и Маленга (официально станция называется Маленьга, но посёлок — без мягкого знака). На карте может показаться, что ветка между Беломорском и Обозерской, наверное, глуховатая и малодеятельная. Но это совсем не так. Движение грузовых поездов по ней вполне магистральное, и даже имеется электрификация: по Архангельской магистрали контактная сеть идёт до Обозерской и уходит на Беломорск, оставляя тепловозным 130-километровый участок до Архангельска.



Отправление из Архангельска в восемь часов утра. От площади у морского-речного вокзала добираюсь на автобусе до вокзала железнодорожного, он же станция Архангельск-Город. Покупаю билет на уже ожидающий меня у первой высокой платформы поезд до станции Обозерская — тепловоз и, кажется, четыре сидячих вагона. Поезд неторопливый, — 134 километра он будет идти три с половиной часа.

2. Трогаемся в восемь часов утра, по расписанию. За окном проплывают архангельские советские многоэтажки.



3. А за ними — Северная Двина, которую я в этой поездке вижу в последний раз. Не спеша, поезд гремит колёсами по разводному мосту, который был построен в начале 1960-х, что позволило поездам приходить прямо в город. Вдалеке виден Краснофлотский мост, построенный уже в 1990 году.



Двина позади. Поезд везёт меня пока что в южном направлении. С точки зрения чистой географии, я делаю заметный крюк, но более прямой железной дороги здесь нету. Народу в вагоне много, и некоторые даже едут стоя. Если учесть, что вагонов в поезде то ли четыре, то ли пять, можно сказать, что пассажиропоток здесь несоизмеримо больше, чем в более близких к Центральной России областях. Всё-таки заметно, что нормальных автодорог в этих местах довольно мало.

4. Через полчаса после вокзала, уже за Двиной, — станция Исакогорка с позднесоветским вокзалом. Архангельск большой по площади, и посёлок Исакогорка тоже входит в его состав. Его название, как и у мурманского Абрам-Мыса, ни к чему еврейскому не относится, и происходит то ли от имени жившего здесь монаха, то ли вообще финно-угорское.



А нынешняя Исакогорка — это железнодорожный посёлок, в котором находится локомотивное депо ТЧЭ-15 Северной железной дороги. У последней огромный дефицит локомотивов для пассажирских поездов, поэтому в местном депо есть только грузовые 2ТЭ10 и маневровые ЧМЭ3. Тепловозов ТЭП70 я здесь не видел ни разу. Также от Исакогорки на запад уходит линия на город Северодвинск и ещё дальше, до села Нёнокса, где заканчивается тупиком.

Теперь позади остался и Архангельск. За окном тёплая летняя погода, стук колёс в северных лесах и болотах и шлейф тепловозного дыма. Кто-то из пассажиров возвращается домой в родные посёлки, съездив, наверное, по делам в областной центр, кто-то из Архангельска едет за город за дарами природы, — в вагоне много было людей в камуфляжной одежде и со снаряжением для рыбалки.

5. Вскоре останавливаемся на двадцать минут на разъезде Илес, — пропускаем встречный поезд, линия ведь однопутная. Некоторые люди выходят подышать воздухом и размяться. Вот так выглядел мой поезд — одна секция от грузового тепловоза 2ТЭ10 (кстати, дымом такие чадят особенно сильно) и то ли четыре, то ли пять сидячих вагонов.



6. Илес — маленький разъезд, и станционное здание здесь ограничивается вот такой невзрачной постройкой.



7. Илес и лес:



8. Навстречу нам без остановки идёт длинный поезд Адлер - Архангельск, везущий с курортов загорелых северян. В голове поезда — тоже половинка 2ТЭ10.



9. Пропустив поезд, едем дальше:



10. Кроме лесов, здесь немало и верховых болот. Некоторые из них огромны и простираются до горизонта, давая ощущение, будто находишься в тундре.



11. И порой такие болота здесь действительно называются тундрами. Название Тундра получила даже одна маленькая станция в двух часах пути от Архангельска. При том, что, понятное дело, до настоящей тундры здесь очень далеко.



А ещё здесь есть разъезд Лиственничный. В лесах возле Архангельска лиственница не растёт, а здесь, немного вглубь материка, где климат чуть-чуть холоднее, её увидеть можно.

Как уже говорилось в рассказах об Архангельске, эта железная дорога была построена в 1895-99 годах, и до Первой мировой войны была узкоколейной. В своё время она помогла связать с железнодорожной сетью страны северный губернский город Архангельск и его морской порт у Белого моря. Как водится, магистраль, огласив гудком паровоза северные леса, принесла оживление в места, через которые она проходит. Появилось множество новых посёлков, несколько из них даже стали городами.

12. И на некоторых станциях здесь до сих пор сохранились напоминания о временах постройки этой дороги. Порой попадаются дореволюционные железнодорожные домики.



13. Это станция Холмогорская. О происхождении названия судить не берусь, — до старинного города, а ныне села Холмогоры отсюда далеко. Здесь лишь небольшой пристанционный посёлок.



14. День снова выдался жарким, ветерок разгоняет на небе облака.



15. И что ни вид, то пастораль русской глубинки. На любой станции.



16. Но всё же большая часть пейзажей за окном — это леса. Огромные, бескрайние, и располагающие к каким-то раздумьям.



17. Пассажиры постепенно покидают поезд на разных станциях и остановках, и к Обозерской в вагоне становится уже довольно малолюдно. Это — станция Пермилово в 20 километрах от конечного пункта, возле посёлка с забавным названием Самодед. Здесь мы разъехались со встречным поездом Петербург - Архангельск.



Видео:



18. Остаются последние километры:



И потом лес расступается, за окном появляется крупный посёлок и станция: с западной стороны примыкает та самая линия на Беломорск, по которой мне предстоит ехать дальше, а сверху появляются провода контактной сети.

19. И наконец, вот она, Обозерская. Оживлённая узловая станция с тремя направлениями. В кадре видна довольно необычная, но при этом типовая для Архангельской магистрали водонапорная башня. Это — вид в сторону Архангельска и Беломорска. То есть уезжать мне с этой станции предстоит в том же направлении, откуда я и приехал.



20. На Обозерской сохранился очень красивый двухэтажный деревянный вокзал 1899 года постройки, — тоже типовой проект Архангельской магистрали. На тот момент такие были почти на всех станциях этой дороги, но до наших дней сохранились только здесь и на станции Семигородняя в Вологодской области (на станции Сухона его, увы, снесли в 2012 году).



Внутри, впрочем, ничего аутентичного в интерьере я не увидел. Совсем маленький и многолюдный зал ожидания с несколькими ларьками и кассой, продающей билеты и на пригородные поезда, и на дальние (на Северной железной дороге это распространено). Поездов здесь довольно много, и к кассе за билетами люди подходили почти каждую минуту. Мне предстоит уезжать через три часа поездом Обозерская - Онега, до остановки пост 243 километр, где надо будет пересесть на поезд Онега - Малошуйка. Покупаю в кассе билет до этого полустанка и иду на неспешную прогулку.

21. Кроме вокзала, сохранилось и ещё несколько старых станционных построек. А ещё, как оказалось, поезд, на котором я приехал, вскоре идёт дальше, до станции Пукса, что рядом с Плесецком. Только тепловоз ему меняют на электровоз ЧС4Т. Их, кстати, на Северной железной дороге нету, и приходят они сюда аж из Кирова.



Пригородные поезда на локомотивной тяге здесь называют словом "дежурка" (когда в центральных регионах можно услышать названия "подкидыш" и "кукушка"). В зале ожидания я слышал, как люди покупали билеты со словами "мне на дежурку до Емцы" (Плесецкой, Пуксы). А для тех, кто ездит здесь на дальних поездах, Обозерская запоминается, как станция, где поезда стоят по полчаса из-за смены локомотива. Основная часть грузового движения здесь идёт в сторону Беломорска, а пассажирского — наоборот, в сторону Архангельска.

22. У перрона есть маленькая новодельная часовенка в стиле храмов Русского Севера. Рядом ещё стоит памятник 40-тысячному километру электрификации железных дорог России, который я запечатлеть забыл. Что интересно, электрификация сюда пришла уже в 1999 году, а спустя год пошла дальше в сторону Беломорска.



23. Сохранились у вокзала и железнодорожные казармы:



24. А на путях стоял вот такой интересный поезд, который я за восемь дней до этого наблюдал в Котласе. Поликлиника на колёсах! Такая иллюстрация реалий северного региона с большими расстояниями и низкой плотностью автодорог.



25. Удаляюсь от станции, за спиной остаются пути и элеватор за ними. Видел, как моя "дежурка" ушла под электровозом дальше на юг, а на станции шли какие-то манёвры. Жизнь тут на железной дороге кипит.



26. А передо мной Обозерский — посёлок городского типа в составе Плесецкого района. Сейчас тут живёт 3 с половиной тысячи человек. В 1970-е годы он насчитывал 7 с половиной тысяч, а сильный отток населения в 1990-е годы был связан с расформированием воинских частей, которые здесь базировались. В наше время основа экономики посёлка — железная дорога и лесозаготовки.



27. До поезда ещё почти три часа, и я, не спеша, гуляю с большим рюкзаком за плечами. В небе солнце, а в воздухе — летний зной и пение птиц. Было под тридцать градусов, и духота.



28. К жаркому воздуху добавляется пыль грунтовых дорог и запах нагретой хвои. Пройдя пару соседних с вокзалом улиц, я уже оказался среди густого леса.



29. Впрочем, это лишь перелесок, который довольно быстро заканчивается, а после него — квартал пятиэтажек. По дому серии КПД-4570, который слева, легко опознаётся военный городок. Действительно — это бывший посёлок авиаторов; в Обозерском до 1994 года базировался 524-й истребительный авиаполк. В пяти километрах отсюда сохранился и его заброшенный аэродром. Военные ушли, а их дома теперь достались другим жителям Обозерского.



30. Посёлок носит имя Героя Советского Союза Ивана Семёновича Полбина, погибшего в воздушном бою над немецким городом Бреслау в феврале 1945 года.



31. Улицы в Обозерском, как правило, покрыты не асфальтом, а бетонными плитами, что для отдалённых северных посёлков довольно типично. Машины по ним едут с характерным перестуком.



32. Довольно уютные в летний день дворы. Где-то тут я присел подкрепиться на скамейку у подъезда. Вокруг дети катались на велосипедах.



33.



34. А это, похоже, новостройки:



35. Одна "военная" пятиэтажка почему-то стоит полностью заброшенная:



36. Ещё немного прогулялся я среди этих домиков:



37. После чего вернулся в посёлок лётчиков и пошёл в другую сторону, по опушке леса, вдыхая воздух жаркого дня, и отмахиваясь руками от комаров.



38. А потом вышел на луг. Травы, чистый воздух, лес вдалеке. Прямо идиллия!



39. Дальше довольно крутой обрыв, а за ним — озеро. Песчаный пляж в жаркий день многолюден. Это Обозеро, по которому, собственно, и названы станция и посёлок. Узкое, и вытянутое среди леса на шесть километров.



Хоть и стояла жара, но чувствовалась скорая перемена погоды. Духота ощущалась как предгрозовая. И действительно, — где-то вдалеке слышался гром. Времени у меня уже оставалось немного, и я потихоньку пошёл назад к станции.

40. По грунтовке напрямую через луг возвращаюсь в посёлок. Два дома в левой части кадра — по-видимому, построены недавно.



41. И снова посёлок. Я зашёл в "Магнит" купить воды, и долго не хотел оттуда выходить, — от кондиционера внутри было очень свежо.



42. В конце улицы — церковь Тихвинской иконы Божией Матери, построенная в 2014 году:



43. В целом, Обозерский оставил впечатление вполне уютного посёлка. Наверное, хорошо тут лето проводить, и ходить смотреть на поезда.



44. Под палящим зноем возвращаюсь на вокзал. На первом пути уже стоит поезд Обозерская - Онега, состоящий из плацкартного вагона и тепловоза. Хоть и линия на Беломорск электрифицирована, но город Онега находится в конце тупикового ответвления, куда контактную сеть не довели. Но необычно то, что тепловоз маневровый!



На второй путь пришёл фирменный поезд Москва - Архангельск, с которого пассажиры бойко перебегают на поезд до Онеги. Судя по тому, как они удачно стыкуются, есть подозрения, что раньше здесь был прицепной вагон Москва - Онега. Сажусь в вагон и сразу залезаю на верхнюю полку (в пригородном поезде!). Поезд тронулся и поехал вновь в сторону Архангельска, однако сразу за станцией тепловозная Архангельская магистраль осталась в стороне справа. Линия на Беломорск — оживлённая и электрифицированная, но при этом тоже однопутная. Лес подступает совсем близко к вагону.

45. Едем в северо-западном направлении, и каким-то неуловимым образом чувствуется приближение к Карелии.



В плане взаимного тяготения, миграции населения и тому подобных явлений, соседние друг с другом Карелия и Архангельская область связаны слабо. Наверное, во многом из-за отсутствия внятных путей сообщения. Основная часть границы двух регионов идёт по глухим таёжным дебрям, и, по сути, дороги между ними только две — автомобильная между Пудожем и Каргополем, и железная дорога, по которой еду я, — она даже не дублируется автодорогой. Линия Беломорск - Обозерская была построена перед самой войной и открылась в 1941 году. В войну она стала рокадной дорогой, то есть параллельной линии фронта, — поскольку половина Карелии была оккупирована финскими войсками, эта ветка фактически заменила собой Мурманскую магистраль, оставаясь единственным путём сообщения незамерзающего Мурманского порта с Большой землёй. Советским войскам очень важно было не дать финнам и немцам прорваться к берегу Белого моря.

46. По пути — небольшие станции и разъезды среди леса с вот такими северными деревнями.



47. И природа Поморья. В открытое окно врываются запахи летнего хвойного леса.



48. Примерно на сорок минут я заснул на своей верхней полке. За это время, вроде, и не было дождя (видно, что земля сухая), но когда я проснулся, погода кардинально изменилась. Небо пасмурное, и в открытом окне чувствуется прохлада. Стоим на станции Костринский Ручей, навстречу проезжает пригородный Вонгуда - Емца с грузовым тепловозом в голове (это при том, что весь маршрут под контактной сетью!). А ещё — почти на каждой станции я видел грузовые поезда на соседнем пути. Настолько здесь оживлённое движение.



Линия связывает две магистрали. В сторону Беломорска по ней идёт заметная часть грузопотока в Мурманский морской порт, а в сторону Обозерской — полезные ископаемые с Кольского полуострова и карельской Костомукши, идущие на разные металлургические и химические предприятия ("Северсталь" и "ФосАгро" в Череповце, также Кирово-Чепецкий химический комбинат). Электрифицировали эту линию уже в постсоветские годы, и с двух сторон. В 1994 году провели контактную сеть от Беломорска до станции Сумский Посад (вместе с электрификацией части Мурманской магистрали), а затем уже с другой стороны: в 1999 году по Архангельской магистрали довели "шнурок" до Обозерской, в 2000 году — до станции Вонгуда, в 2001 — до Малошуйки, а в 2003 замкнули участок между Малошуйкой и Сумпосадом.

49. Станция и посёлок Мудьюга. Название дано по одноимённой речке поблизости.



Хоть и грузовое движение здесь активное, о пассажирском этого сказать нельзя, — всё-таки линия идёт по малонаселённым местам, на все 350 километров нет ни одного населённого пункта больше 5 тысяч человек. Поезд дальнего следования здесь только один, да и тот не ежедневный, — пассажирский Вологда - Мурманск, который останавливается на каждой станции; в его составе также есть прицепной вагон Архангельск - Мурманск. И даже этому поезду теперь сделали неудобное расписание, — он проходит по этой линии ночью в обе стороны.

50.



51. Едем дальше:



52. А следующая у нас — Glazaniha station!



53. Да, погода в Поморье стала более типичной, чем та, которая была у меня в Архангельске и даже пару часов назад в Обозерском.



54. Станция Вонгуда, названная по близлежащей старинной деревне. Это может быть неочевидным, но почти во всех названиях такого рода (Вонгуда, Нименга, Маленга и т. д.) ударение падает на первый слог.



55. И вот, в двух с половиной часах пути от Обозерской, — остановка пост 243 километр, где я покидаю поезд. Именно отсюда начинается ветка на старинный город Онега (20 тысяч жителей) в устье одноимённой реки. В кадре видно, как эта ветка уходит куда-то в лес.



56. Высадив пассажиров, мой поезд из одного вагона уходит в тупик, где стоит ещё полчаса — меняет направление движения (ветка на Онегу начинается со стороны Беломорска) и пропускает идущий навстречу поезд Онега - Малошуйка, на который я пересаживаюсь.



57. Под электровозом ВЛ80 в сторону Обозерской прогромыхал наливной поезд. Видимо, порожняк из Мурманского порта.



58. Совсем рядом с 243-м километром — старинное село Порог на берегу Онеги, куда я за полчаса сходить поленился. Село, кстати, старинное, хотя деревянная церковь, что виднеется над деревьями, — новодел.



59. Через полчаса пришёл мой следующий поезд — Онега - Малошуйка. Три сидячих вагона и тепловоз — снова, кстати, маневровый. Этому поезду направление менять уже не нужно.



Сажусь в первый вагон. Полно народу разных возрастов, включая даже пару собак, и я далеко не сразу нашёл свободное место. Да и то оказалось у прохода, и я, к тому же, снова начал засыпать, поэтому за почти два часа до Малошуйки я почти не фотографировал. Сразу после отправления проехали по мосту реку Онегу, которую я неделей ранее видел в верхнем течении в Каргополе и его окрестностях.

60. Станция Поньга. Такое вот железнодорожное Поморье.



61. Станция Нименга возле одноимённого села, название которого записывается через мягкий знак, — Нименьга. Пассажиров в поезде постепенно становится меньше. Это всё Онежский район, и вечером люди, видимо, возвращаются в свои деревни из райцентра.



62. В восемь вечера прибываем в Малошуйку. Станция — самая крупная на этой ветке (не считая конечных), и до 2009 года здесь даже было локомотивное депо. Согласно расписанию, через 50 минут мне надо пересесть на поезд до станции Маленьга, расположенной уже в Карелии, но довольно быстро выяснилось, что туда пойдёт этот же поезд. Правда, не весь, а только первый вагон, — очень удачно я сел именно в него.



На станции царит оживление. К платформе подъехало несколько УАЗиков, в которые из двух отцепленных вагонов выгружают какие-то ящики и коробки, — прямо как на станциях Крайнего Севера где-нибудь под Воркутой. Автодороги здесь только грунтовые, которые во время дождей превращаются в болото, поэтому железная дорога в этих местах — по сути, единственный надёжный вид транспорта.

63. Паровоз-памятник ЛВ. Его здесь установили, вроде, буквально за считанные дни до моей поездки.



64. Есть тут и свой памятник Ленину:



65. От поезда также отцепили тепловоз. Поскольку путь от Малошуйки до Маленги весь под контактной сетью, я был уверен, что прицепят теперь уже электровоз, но нет... прицепили другой маневровый тепловоз! Совсем беда здесь с локомотивами.



Раз есть время до отправления дальше, я решил прогуляться по посёлку. Благо, рюкзак можно оставить в вагоне и гулять налегке.

66. Малошуйка — это посёлок городского типа с населением 2 с половиной тысяч человек, выросший после постройки железной дороги из старинного села на берегу одноимённой реки.



67. Прохладно, моросит мелкий дождик. Совсем рядом с посёлком виден густой лес, а за ним, всего в 8 километрах севернее — Белое море.



68. Примерно в километре от станции — школа сталинской постройки:



69. И рядом — скромный памятник воинам-землякам. Кстати, статус ПГТ Малошуйка получила именно во время войны — в 1943 году.



70. Есть в посёлке и кирпичные трёхэтажки. А главная улица — размытая дождём грунтовая дорога. Машины мимо меня проезжали почти со скоростью пешей ходьбы.



Дальше я уже не уходил, хотя в 5 километрах есть интересная достопримечательность, — в деревне Абрамовская находится Малошуйский погост из двух деревянных церквей 17 века. Но туда сходить в два конца за 50 минут никак не успеть, поэтому я возвращаюсь к поезду.

71. В 20-50 отправляемся дальше. Уже стало темнеть (хоть здесь и белые ночи, но погода пасмурная), поэтому я много уже не снимал. Ехать до Маленги — почти полтора часа. Стук колёс, вагон покачивается, а за окном — Русский Север. Леса, болота, а теперь ещё и холмы — вдоль юго-западного берега Белого моря (он же Поморский берег) тянется возвышенность Ветреный пояс.



72. Какая-то из маленьких станций по пути. Наверное, Куша.



73. А это Сулозеро. Вместо вокзала здесь тоже какой-то сарай.



Потом была последняя станция в Архангельской области — Унежма, где вагон почти опустел, и кроме меня осталось человек пять (как всегда, на границе областей наименьший пассажиропоток). В считанных километрах от неё уже и граница Архангельской области с Карелией, она же граница Северной железной дороги с Октябрьской, а до революции — граница Онежского и Кемского уездов Архангельской губернии. Что особенно удивительно, точно тут же проходит и геологическая граница Балтийского щита, и начинаются карельские ландшафты со скалами и валунами. В Унежме их ещё нету, зато через несколько километров от неё уже появляются, так что начало Карелии здесь можно увидеть вполне даже зримо! От этого повеяло какими-то тёплыми чувствами, — ведь Карелия для меня почти родной регион, так как близко соседствует с Петербургом. Только въезжаю я в неё в этот раз с весьма необычной стороны.

74. Десять часов вечера, уже 14 часов назад я выехал из Архангельска, и теперь добрался до карельской станции Маленьга. В кадре виден мой поезд — маневровый тепловоз и один вагон. Электричку на Кемь, на которой я поеду до Беломорска, мне осталось ждать полчаса.



75. Небольшая станция, короткая деревянная платформа и лес вокруг. На фото — вид в сторону Беломорска, до которого осталось 130 километров.



76. Находясь здесь, было странно представлять, что в этом же регионе находятся и такие места, как, например, Олонец, Сортавала или Хийтола. А вообще, здесь появилось чувство нахождения рядом с домом. У платформы стояла буханка с номерами "10 rus", на здании станции написано "Октябрьская ЖД". Ну прямо родные места!



У станции, кстати, топонимическое расхождение с близлежащим посёлком. Название станции, как видно выше, — Маленьга, через мягкий знак, а посёлка — Маленга. Впрочем, в обиходе и то, и другое называют с твёрдой Н (поэтому в Малошуйке, покупая билет "до МаленЬги", я сразу выдал в себе неместного). Посёлок находится в полутора километрах от станции, за лесом, и я туда не ходил. В советские времена Маленга даже была посёлком городского типа, и здесь, как и в Малошуйке, была лесовозная узкоколейка.

Вскоре пришла электричка из Кеми, которая стоит в Маленге двадцать минут и идёт обратно. Непривычно было после целого дня поездов на тепловозной тяге увидеть наконец электричку! (даром, что почти весь путь я проехал по электрифицированным участкам). Причём это была довольно современная ЭД9М — из депо ТЧЭ-26 Кемь. На этой электричке меня здесь встретил Андрей andrew_rewsr, к которому я и ехал в Беломорск. Оставшиеся 130 километров или три с небольшим часа на электричке мы ехали уже вдвоём. Так как было довольно темно, я не фотографировал. Но на самом деле, интересных мест по пути много и здесь. Вскоре после Маленги — станция Нюхча, с одноимённым старинным селом и рекой, впадающей в Белое море. Именно отсюда, и до города Повенца на Онежском озере, в 1702 году по указу и, фактически, при личном участии Петра I, при его возвращении из Архангельска, была через таёжные леса проложена так называемая Осударева дорога — сухопутный волок между беломорским и балтийским бассейнами. После Нюхчи — советский посёлок Вирандозеро, бывший ПГТ, где до 1980-х годов была узкоколейка. И дальше — Ухтица, Колежма, Тегозеро, Сумский Посад, куда мы ещё отдельно съездили на днях. Дорога идёт вдоль Белого моря, местами приближаясь к нему всего на пару километров. Но если об этом не знать, то вряд ли догадаешься, — вокруг всё те же леса, болота и карельские скалы. На часах уже ночь, но на небе лишь сумерки, и где-то на горизонте рдеет заря, подсвечивая облака. Даже во второй половине июля здесь ещё белые ночи, а в июне вообще почти не темнеет. Перед прибытием проезжаем разводной Шиженский мост через Беломорско-Балтийский канал. Мы ехали не до самого вокзала, а до станции Выг за 10 километров до него, на южном выезде из Беломорска, так как от неё было ближе до конечной точки.

77. Два часа ночи. Маленькая станция Выг (названа по реке, на которой стоит Беломорск). Электричка идёт дальше на Кемь, где она будет в три часа. Надо сказать, ночные пригородные поезда — не самое частое явление.



Не охваченным остался перегон Выг - Беломорск, но его мы проедем спустя два дня по дороге в Сумский Посад.

78. После двух часов в Беломорске уже светает (да и полностью не темнеет всё равно). Это — въезд в город со стороны трассы "Кола".



В гостях у Андрея я провёл три дня. Беломорск стал для меня последним пунктом долгого летнего путешествия. И вскоре я расскажу в нескольких частях про этот маленький карельский городок и про его окрестности с древними петроглифами, лесами и поморскими сёлами. Но прежде предстояло хорошо отоспаться после целого дня железных дорог.


  • 1
Знакомые места.

Осень душевный рассказ ! Спасибо ))


Спасибо за отзыв!)

Здорово! Спасибо!


>>Glazaniha station!

Это сильно:))

:) Да, но больше забавляет, когда они умудряются использовать Гугл-переводчик, что порой приводит к совершенно восхитительным шедеврам вроде расписания поезда Нижний Новгород - Воркута (griphon выкладывал). Там станция Мураши была записана по-английски как Ants, Луза — Pocket и т. д. :)

Эх, поездил по этой ветке зайцем в девяностых!


Какие красивые места! Атмосфера вообще не передаваемая!!

Вспомнила, еще до революции такая песенка (или частушка?) была:

Тут Архангельск, тут Онега,
Все болота да леса;
Пропадай моя телега –
Все четыре колеса

Спасибо!

Похожий на Обозерскую старый вокзал в 2013 мы видели и на станции Бакланка. Надеюсь, он никуда не делся.

Ещё, возможно, такой вокзал остался в Пундуге: http://parovoz.com/newgallery/pg_view.php?ID=89212&LNG=RU#picture

Да, похоже, насчёт того, что их только два, я всё-таки преувеличил.

В Нименьге (в 8 км от станции Нименга) есть замечательная церковь с падающей колокольней. Давно мечтаю туда попасть

http://sobory.ru/article/?object=15266

Кстати, не знал о ней. Я только про Малошуйку знал.

И, конечно, Подпорожье (Жеребцова Гора): http://sobory.ru/article/?object=15241

Ещё интереснейшее место - Унежма
http://www.strana-naoborot.com/Unezhma/unezhma.htm

Про Подпорожье, вроде, у Варандея читал, помню.

На станции Илес, и на остальных, где вагончики, здания-оригиналы скорее всего сгорели или разрушились.
Часто практикуется быстрая установка вагончика для продолжения работы станции.
Я встречал такое на станции Снегири, где сгорел вокзал, в Калязине.

Очень интересно читать,спасибо автору.Как будто сам побывал в этих далеких (более 6 тысяч километров!!!) от меня местах. По Северной ж.д. добирался только до Вожеги - из Вологды на электричке.
Всегда поражаюсь небу на русском Севере, да и в центральной России: жара +30, а небо серое.В Забайкалье, если такая жара, обычно очень высокое голубое небо и яркое-преяркое солнце.
Еще удивили столь поздние электрички в столь малонаселенных местах. В 22.30 только отправление в столь длинный путь. Думал, что такое характерно только для Подмосковья и пригородов С-Петербурга. Оказывается,нет.
И еще впервые узнал название пригородных поездов "дежурка". На Забайкальской ж.д. называют "передача","барыга". На одном участке пригородный поезд называли "спутник". В каждой местности свои транспортные диалекты.

Да, электричка в такое время действительно удивляет. На самом деле, под Питером я и не помню, чтобы где-то ходили электрички в 2-3 часа ночи. А тут, по сути, глубокая провинция и маленькие города (хоть и ЖД магистральная). А в Кеми потом можно с 3 ночи дождаться 7 утра и сесть на электричку до посёлка Лоухи. Если ехать, скажем, в конце июня, то во второй половине ночи по Кеми вполне можно гулять и смотреть город, — всё равно светло.
Про "передачу" и "барыгу" не знал. Слышал, что на БАМе их "окурками" называют.
Насчёт серого неба — да, здесь была небольшая облачность. Но перед этим я несколько дней был в Архангельске, и там тоже была жара под 30, и было всё, как вы описали, — ярко-голубое небо и яркое палящее солнце.

Костя !
Спасибо за рассказ. Прочитал на одном дыхании. По Украине я ездил на трех электричках за ночь .Конечно, расстояния не сравнить. Я выложу отчет о моей поездке с Полтавы до Новгород-Северского, там было пять электричек.

Лет шесть назад этот консультативно-диагностический центр на колёсах "Хирург Николай Пирогов" стоял на вокзале в Ярославле. Моя жена тогда ехала на поезде из Москвы в Ярославль, и когда подъезжали к вокзалу и увидели его, она услышала разговор двух попутчиц: мол, сколько же этот Николай Пирогов денег заплатил, чтобы его именем поезд назвали!

Я его в марте этого года тоже видел в Ярославле. Видимо, он по СЖД катается время от времени

  • 1